Category: наука

Category was added automatically. Read all entries about "наука".

Такая партия

Словосочетание ПЖИВ очень похоже на тест, проверяющий уровень политической культуры населения: поднимается ли он выше того, который имеют телевизор-смотрящие пенсионерки.
Слово "партия" - из политического лексикона. Естественно ожидать. что отличительные признаки особых партий тоже будут относиться к политике, означать их особую политическую позицию. "Партия войны" в каком-нибудь древнегреческом полисе - звучит нормально. "Партия рыночных реформ", из недавней современности - тоже верное описание.
"Жулики и воры" - это из другой оперы, это не о политике, это область морали и права, другая ось координат. Наличие в составе какой-либо П этих самых ЖИВ не может быть отличительным признаком. Не только логика, но и самый ползучий эмпиризм подсказывают: этого добра хватает везде, в любой партии. 
Вот представьте себе человека, у которого регулярно болит голова, а другие органы не болят. Скажите ли вы, что голова - орган боли? Нет, не скажете! А то, что ЕР есть ПЖИВ говорите. Ну-ну... добрые люди уже измерили вас и взвесили, заготовили для вас нечто белого цвета.
И ладно бы пенсионерки, ещё хранящие генетическую память о патриархальной деревенской жизни, в которой важнее душевные качества вышестоящих, в том числе и честность, а взгляды на  правильное устройство общества не важны (ибо нет в малых коллективах никакого особого устройства). На эту разводку ведутся искушённые, многочитающие жители мегаполисов, менеджеры по продажам, кандидаты наук, артисты театра и кино - в общем, издали похожие на мух, как сказал один фашист...

Жизненная форма

 Проблематика таксонов и жизненных форм в биологии имеет некоторое отношение к делам общественным, гражданским.

Если эволюцию живых организмов принято описывать как последовательность появления таксонов, всё более прогрессивных, то естественно будет взглянуть таким же образом и на шествие человечества от формации к формации. Общественные формации в науке об обществе подобны таксонам в биологии.

Однако в мире живых организмов помимо таксонов существуют ещё и жизненные формы, биоморфы. Именно они в первую очередь попадают в поле зрения обыденного сознания, по крайней мере, тенденция такова. Для деревенского мужика, скажем, принципиальна разница между деревьями и травой; берёза и ель - деревья, годятся на дрова, но не на сено. Важная для ботаника разница между голо- и покрытосеменными для круга его задач несущественна. (Другое дело -- предстоящее озеленение Марса, там это знание понадобится). И таких примеров можно найти немало.

"В общем и целом", "в конечном счёте", таксономический прогресс биоты отражает освоение ею всё более глубоких пластов внешнего мира, всё большую независимость организма от среды, о чём не раз было сказано. Крупный ароморфоз -- завоевание "раз и навсегда". В то время как биоморфы, таксономически незначимые мероны появляются ad hoc, легко приходят, легко уходят...

Так вот, о чём речь: высокий уровень репрессивности политического режима -- это скорее биоморфа, чем таксон. Временное (относительно, конечно) средство для решения более глубоких задач. Сосредочение же внимания демократической интеллигенции на лагерях и всяком таком прочем -- инвариант образа мысли далекого от наук деревенского мужика. Хотя, конечно, нельзя требовать многого от человека, получающего дубиной по башке, следует всё же обращать внимание на то, еловая дубина или берёзовая: впереди полёты на Марс!
  • Current Music
    Rolling Stones: "Dandelion will make you wise..."

Замечания к теории формаций

Я мечтаю о таком учебнике истмата, в котором весь перечень формаций был бы единой логической системой, подобной, скажем, Периодической таблице Менделеева. Должна быть классификация по единому основанию, должна быть исчерпанность всех возможных форм. В этом отношении наиболее удачной мне кажется трёхчленная схема Владислава Иноземцева: до-экономическая, экономическая и пост-экономическая формации (последняя = коммунизм).

Выделение рабовладельческой и феодальной формаций, на мой взгляд, излишне. Это не стадии развития отношений, обусловленные развитием производительных сил, а модификации одной и той же субстанции: "внеэкономического принуждения". Спартанские илоты были скорее крепостными, чем рабами. Известны и опыты русских помещиков по низведению крепостных до рабского состояния (уничтожение крестьянской запашки, регламентация рабочего дня...)

Наёмный труд, характерный для капитализма, логически не исключает рабства и вообще внеэкономического принуждения. Это разные измерения. Можно представить общество, в котором лишенные собственности "труженики" продают свою рабочую силу, а именно рабочую силу своих рабов. Сбор налогов государством является вполне феодальным отношением и в современном буржуазном обществе. В теневом секторе экономики контроль криминальных банд за мелкими производителями ничем принципиально не отличается от власти помещика над собственными "капитАлистыми" крепостными.