akabash (akabash) wrote,
akabash
akabash

Category:
  • Music:

То же самое,но длиннее.



Наброски к возможной работе о коммунизме.

1. Идея того, что технологической базой коммунизма является автоматизация, исключение живого человеческого труда из процесса производства, важна по следующим причинам. Она позволяет объяснить стремительный успех контрреволюции в Восточной Европе, который был бы невозможен без популярности идеи рыночной экономики среди научной интеллигенции;
– даёт возможность понимания экономики советского типа как экономики переходной, основанной на компромиссе между товарными и нетоварными отношениями;
– и, следовательно, даёт возможность эффективной полемики с современными буржуазными идеологами, в которой их относительная правота учитывается и «снимается», преодолевается на основе более высокой точки зрения. Естественно, что это означает и возможность завоевать на сторону коммунистических идей и широкие массы читающей публики, то есть, в конечном счёте, народа.
----

Во избежание путаницы надо сказать, что у самого Маркса термина «автоматизация» в нынешнем понимании нет. Выражение «автоматическая система», встречающееся в «Капитале», означает машинное производство, исключающее квалифицированный труд, но требующее простого труда.
----
Точка зрения официальной советской литературы о первой фазе коммунистической формации, достигнутой якобы в СССР, является ослабленной и нежизнеспособной версией о неадекватности современной индустриальной технологии коммунистическим отношениям. Она вводила в заблуждение, создавая впечатление окончательной победы над стихией частной собственности и товарных отношений.
(Что касается вопроса о формационной принадлежности социально-экономического строя СССР, то это вопрос непростой. Серьёзные аргументы есть и у тех, кто считает этот тип прозводства уже пост-товарным и у тех, кто считает, что на этой стадии товарное производство ещё не преодолено).
(Мы со Сталиным считаем, что товарное производство в СССР было, но он почему-то думает, что первая стадия коммунистической формации уже достигнута. Вовсе нет: распределение по труду должно, согласно Марксу, сочетаться на этой стадии с отсутствием товарного производства. Следовательно, говорить можно только о неком переходном обществе).
---
2. Предположив полную победу принципа автоматизации,
мы можем описать идеальное, чистое коммунистическое общество, лишённое «родимых пятен» предшествующих форм. Общественный труд (как нечто противоположное свободной деятельности, творчеству в свободное время) или не существует совсем, или занимает ничтожно малое время относительно времени жизни. Этот труд используется для изготовления сравнительно небольшого числа полуфабрикатов. Эти полуфабрикаты, изготавливаемые в общественном секторе, поступают в домашние хозяйства, где из них изготавливаются многообразные предметы потребления. (Таким образом, в коммунистическом будущем изготовление личного самолёта из железной руды (точнее, из атомов водорода) будет аналогично нынешнему «изготовлению» кипятка из холодной воды в собственном чайнике). Поскольку труд за пределами домохозяйств занимает ничтожно малое время, то буржуазный принцип соответствия затрат и результатов (эквивалентного обмена, оплаты по труду) не будет иметь никакого смысла. Распределение полуфабрикатов, изготовленных из природного сырья, будет уравнительным.
В таком обществе товарно-денежные отношения не могут возникнуть, а коммунистические отношения будут постоянно воспроизводиться.
Причиной существования отношений частной собственности является существование отчуждённого (т.е. нетворческого, рутинного, непривлекательного) труда и разделения труда. (Гипотетический случай существования отчуждённого труда без разделения труда тривиален). Причиной разделения труда является необходимость в труде квалифицированном. Описанному коммунистическому обществу не нужен квалифицированный труд (то, что умеет делать один, умеют и все, то, чего не умеет никто, делают роботы). Поэтому в нём нет разделения труда, как в нашей современности нет разделения труда между человеком, заваривающим чай, и человеком, надевающим шляпу на голову. Если же кто-то выполняет ту или иную работу лучше других, то он не сможет сделать её предметом продажи.
Итак, отсутствие отчуждённого, квалифицированного, разнокачественного труда благодаря автоматизации делает товарные отношения невозможными.

----

Несколько слов о термине «отчуждённый труд». На мой взгляд, существующая в советской (и не только) литературе точка зрения искажает подлинные взгляды Маркса, изложенные в рукописи 1844 года. Согласно этой точке зрения, труд рабочего (например, на конвейере автомобильного завода) является отчуждённым потомку, что входит в качестве элемента в макросистему капиталистической экономики. Предполагается, что тот же самый труд перестанет быть отчуждённым, если станет элементом иной системы общественного производства, преодолевшей капитализм. Такое понимание отчасти объясняется тем, что у Маркса, действительно, сначала термин «отчуждённый труд» употребляется для характеристики внешних проявлений капитализма, оскорбляющих чувство гуманности (см. главу «Отчуждённый труд», всё то, что написано до фразы «В чём же заключается самоотчуждение труда?», выделенной в отдельный абзац – (Маркс и Энгельс. Из ранних произведений. 1956, с.563). Но затем, после этого вопроса, Маркс даёт разъяснения, делающие критикуемое понимание отчуждения труда непростительной ошибкой (или ложью во спасение!).
Труд рабочего у конвейера всегда будет отчуждённым, то есть враждебным человеческой природе, сутью которой является творчество, независимо от того, в какую макросистему он входит в качестве элемента. Не потому труд отчуждён, что рабочий эксплуатируется капиталистом, а потому-то и существует сам капиталист, что труд рабочего самоотчуждён, отчуждён сам по себе.
Только такое понимание термина «отчуждённый труд» согласуется с современной идеей адекватности автоматизации коммунизму. Ведь если дело не в самом труде как первичном элементе экономической системы, а в самой системе, то неважно, работают ли живые рабочие или роботы-автоматы. Поиск коммунистического решения противоречий капитализма будет при таком понимании вестись на путях преобразования макросистемы на основе прежней индустриальной доавтоматической технологии.
Здесь, по-видимому, отчасти виноват сам Маркс, в поздних работах притупивший остроту анализа, достигнутую в «Парижских рукописях», см. об этом п.4.
---
Возможны сомнения в принципиальной осуществимости технологического базиса коммунизма. Они сводятся к тем утверждениям, что потребность в квалифицированном, разнокачественном труде будет существовать всегда, что непривлекательный труд всегда будет занимать значительное время (всё это аспекты одного и того же состояния). Эти утверждения следовало бы обсудить.
---
3. Такой чистый, окончательно победивший коммунизм
пока является предметом научной фантастики. Но представление о нём необходимо как «регулятивная» модель для понимания возможных переходных обществ, которые могут приближаться к окончательному коммунизму в большей или меньшей мере. Здесь возникает проблема классификации этих промежуточных форм и оценки их с точки зрения одного важнейшего критерия: производительности труда в сравнении с «нормальным» капитализмом. Если такая классификация будет достигнута, то можно будет противостоять аргументации апологетов рыночной экономики, то есть капитализма. Их пропаганда была столь успешной именно благодаря своей относительной справедливости. Коммунистическая точка зрения учитывает эту относительную правоту и включает в себя буржуазную апологетику в снятом виде.
По-видимому, процессы создания материальной базы коммунизма и сворачивания товарных отношений политическими методами должны идти параллельно, подкрепляемые изменениями в духовной жизни людей, которые можно назвать культурной революцией.
Вот примерный список вопросов, по которым мне интересно мнение других марксистов (боюсь, что своего не имею, и что составить оное возможно лишь имея опыт работы где-нибудь в Госплане).
1) Допустима ли югославская модель или то, что предлагают нынешние самоуправленцы?
2) можно ли вообще сохранять частный бизнес, даже мелкий?
3) не следует ли вывести из сферы действия денежных отношений целый ряд предметов потребления, которые должны распределяться уравнительно (не только, например, жильё, но и холодильники, телевизоры, компьютеры, личный транспорт, ежегодные путёвки на курорты)?
4) какой должна быть политика в области культуры, как воспитывать тип личности, адекватный коммунистическим отношениям?
5) если денежные накопления в частных руках (пусть даже абсолютно трудовые) создают угрозу реставрации капитализма, то как их «обезвреживать»?
6) если частный бизнес запрещён, то как быть с творческими видами деятельности (наука, искусство, журналистика преподавание), где требуется именно выход «творца» на «рынок», к потенциальному потребителю идей для проверки их ценности? Монополия государства на нефтедобычу – это необходимо, на розничную торговлю – нормально, а вот на издание газет – не хотелось бы того.
---
4. Тексты Маркса и Энгельса о будущем коммунистическом обществе можно подразделить на две группы: 1) критика квази-социалистических, утопических взглядов таких авторов, как Прудон с учениками, Дюринг или Родбертус и 2) положительное описание коммунизма. Сущность первой группы текстов можно выразить общей формулой: Маркс обвиняет конкурирующих с ним мыслителей-социалистов в недостаточном радикализме. Он как бы говорит им: вы вмешиваетесь лишь во внешние слои экономической системы капитализма, оставляя в неприкосновенности её ядро, товарно-денежные отношения как таковые. Этим вы либо разрушите общественное хозяйство, препятствуя капитализму функционировать по его собственным законам, либо окажетесь бессильны перед подземной работой товарно-денежных отношений, которые рано или поздно опрокинут весь ваш «социалитет».
Вторую группу текстов я подразделяю на две подгруппы: 1) описание коммунизма в слишком абстрактных, неалгоритмичных, категориях, таких как «обобществление», «непосредственно общественное производство», «соединение рабочего со средствами производства», «использование отдельных рабочих сил как единой рабочей силы» и т.д. – и 2) алгоритмичное, т.е. имеющее характер выполнимого рецепта, инструкции, политической партийной программы описание коммунизма. К первой группе относятся многие высказывания в «Капитале» и его черновых вариантах, а также то место в «Анти-Дюринге», где Энгельс описывает социализм, раскритиковав дюринговский проект. Ко второй – «Принципы коммунизма» (ответ на вопросы 18 и 20) и программа практических мер в «Манифесте».
Все эти тексты следует считать работой, начатой в верном направлении, но незавершённой. Завершением этой работы должно стать описание технологической базы коммунизма и логический вывод её последствий, прямо противоположных тем чертам капитализма, которые порождают гуманистический протест.
Слабая сторона критики Маркса в адрес Прудона и Родбертуса (каковую критику любят цитировать авторы типа Г.Лисичкина) заключается в том, что экономические модели, предлагаемые этими авторами, принципиально не отличаются от той, которую предлагали сами Маркс и Энгельс в качестве переходной. Экономическая система «реального социализма» советского времени – того же рода. Маркс и Энгельс возвышаются над критикуемыми ими авторами за счёт того, что понимают «неснятость» капитализма в их моделях, но не вполне правы в том, что создают впечатление их абсолютной неприемлемости. На самом деле эти модели могли бы сыграть роль переходного общества. Социализм в нашей стране был построен не по Энгельсу, а по Дюрингу, как заметил один современный автор (Всеволод Вильчек). Это справедливо, но это не значит, что реальная экономическая модель в СССР была ошибкой или что Энгельс не прав по отношению к Дюрингу.
Слабая сторона положительного описания коммунизма – в неясности того, как в политической деятельности конкретизировать упомянутые выше категории. Более того, с высоты исторического опыта можно отчасти вменить Марксу в вину и то, что столько энергии ушло на бесплодные споры о применимости этих категорий к советской экономике. Является ли у нас производство непосредственно общественным? Имеет ли место соединение рабочего со средствами производства? Являются ли деньги настоящими деньгами или это только средство учёта? (Я считаю, что к советской экономике применимы именно общие категории капитализма, а не коммунизма, и что о ней нельзя говорить как о первой стадии коммунистической формации).
Наиболее значительными высказываниями Маркса и Энгельса о коммунизме, в которых проявляется превосходство наших учителей над другими социалистическими мыслителями являются те, в которых существование многообразных отношений частной собственности выводится из отчуждённого труда и разделения труда, а также те, где основой для снятия отчуждения представлено «уничтожение разделения труда и самого труда» («Немецкая идеология», гл.1, часть 4, параграф 6). Сюда же относятся и известные слова о том, что «царство свободы начинается по ту сторону материального производства».
Однако всё это звучит недостаточно определённо по сравнению с тезисом об автоматизации, и эта недостаточная определённость явно была для Маркса источником беспокойства. Маркс, по-видимому, колебался, пытаясь ответить на вопрос, являются ли наличные, современные ему производительные силы созревшими для коммунизма. Можно привести множество примеров положительного ответа, а также всевозможных оговорок прямо противоположного смысла («Критика Готской программы» наиболее известный пример). В этом отношении большой интерес представляет письмо Маркса Энгельсу, опубликованное в т.34, стр. 14-15, где говорится о «пробелах нашей теории». Из этого письма видно, что ученики Маркса и Энгельса, практические политики, чувствовали неопределённость, неалгоритмичность марксовой теории социализма, и в их среде постоянно предпринимались попытки «дать картину будущего общества», вызывавшие у Маркса раздражение.
Я думаю, что позиции Маркса и Энгельса можно дать следующее объяснение. По-видимому, они считали, что резкой качественной границы между зрелостью и незрелостью производительных сил для коммунизма нет: чем дальше, тем всё больше смысла в коммунизме и тем меньше – в капитализме. Но определить тот момент или отрезок времени, где равновесие смыслов сдвигается в пользу коммунизма, можно лишь эмпирически. Поэтому для коммунистических революционеров существует возможность трагической ситуации слишком раннего прихода к власти. Этот идейный мотив получил определённую разработку в произведениях Маркса и Энгельса. Достаточно упомянуть прежде всего переписку с Лассалем о его трагедии «Франц фон Зиккинген» (исследованную Г. Лукачем в 30-е годы в Москве), а также некоторые письма, например письмо Энгельса Вейдемейеру от 12 апреля 1853 г.
Даже если Маркс и был твёрдо уверен в том, что «введение социализма» (как позднее выражался Ленин) преждевременно, у него не было никаких сомнений относительно «актуальности революции». Эта позиция достаточно ясно выражена в Циркулярном письме Бебелю, Либкнехту, Бракке и др. (т.19), написанном уже на склоне жизни Маркса, а также в письме Энгельса Марксу от 6-7 мая 1868 г., где речь идёт о самом начале деятельности основоположников. Фразу «…мы воображали, что к этому времени мы уже давно будем гильотинированы» я понимаю как признание преждевременности коммунистических экспериментов в середине девятнадцатого века. Но это, повторяю, не означало для Маркса отказа от революции. Раздражение, которое у него вызывали поиски определённости относительно будущего общества, объясняется, по-видимому, опасениями в том, что, натолкнувшись на мысль о незрелости материальной базы для коммунизма, его непосредственные ученики могли бы сделать оппортунистические выводы. Что и произошло на деле.



ЗЫ: Написано в горбачевские или ельцинские времена, этот текст вроде визитной карточки марксистского ИЧП, во всяком случае, проблематика очерчена. Запостил после некоторых колебаний: длинные тексты явно переживают кризис читабельности. Многабукаф автора встречает ниасилил читателя.
Tags: коммунизм
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments